Суббота , 8 августа 2020
Главная / Образование / Школа / Юлия Гиппенрейтер: «Школа — это лаборатория по изготовлению пассивных, послушных людей»

Юлия Гиппенрейтер: «Школа — это лаборатория по изготовлению пассивных, послушных людей»

Содержание:

  • Нужно ли настаивать на обязательном чтении?
  • Чем заинтересовать ребенка, если его ничего не интересует?
  • Что надо делать для подготовки ребенка к школе?

Реклама

До начала учебного года остался месяц, и родители все чаще думают о взаимоотношениях со школой. Новая книга психолога Юлии Борисовны Гиппенрейтер – это записи бесед с родителями и ответы на их вопросы.

Нужно ли настаивать на обязательном чтении?

Мама: 11-летнего сына интересуют легкие произведения про сверстников — Сотникова, Медведева. Он с удовольствием такие книжки читает. А сейчас по школьной программе уже начинается «Кавказский пленник». И такие морально тяжелые произведения читать ему не хочется, и он объясняет: не хочется страданий, интересно более легкую литературу читать. Как вы считаете, должны ли мы настаивать на обязательном чтении?

Ю. Б.: С детьми не стоит ни на чем настаивать, особенно на чтении. Ужасно, когда из-за этого отшибается любовь к чтению! Худший пример — «список литературы на лето». Родители заставляют детей читать по этому списку, а если он для детей — как рвотный порошок?!

Они начинают не любить автора, то или иное произведение. Самую лучшую вещь на свете можно испортить настаиванием!

Чтение — это святое. Нельзя, чтобы родитель хотел, чтобы ребенок читал больше, чем он сам того хочет. С любовью к чтению надо быть очень аккуратным. Это же любовь к мысли, слову.

Очень важно читать вслух, потом обсуждать, следить за реакцией ребенка. Может случиться, что ребенок и «Кавказского пленника» залпом прочтет, и потом всего Толстого. Но вводить серьезное чтение, понимание его, надо постепенно, усиливая серьезность книг.

Мама: Если он сам читает книжки, но не все, а выбирает отдельные места, не надо настаивать, чтобы он прочитал книжку с первого до последнего слова?

Ю. Б.: Ни в коем случае! Это так же, как с едой: небольшую порцию он съест. А если наложите во-о-от такую тарелку — и «извольте доесть все!» Так вы воспитаете отвращение к еде.

То же самое относится к «еде» интеллектуальной, и к математике, и к физике, к чему угодно. Важно поддерживать и сохранять живую душу ребенка. Во всех занятиях — в игре, в желании самому что-то сделать, что-то узнать. Интерес к серьезному чтению развивается, когда ребенку предоставлена свобода.

Мама: Еще по школьной программе надо прочесть «Остров сокровищ», а он не хочет читать, говорит, что ненавидит эту книгу. Он ее так и не дочитал до конца. Мне заставить его все-таки ее дочитать?

Ю. Б.: Надо так сказать: «Сын, ты сам знаешь, что тебе интересно. Давай поищем те книги, которые тебе по душе. А то, что заставляют, читать не будем!». А учительнице скажите: «Знаете, я лично разрешила ему сейчас читать не все, что по программе. Пусть это будет под мою ответственность!»


Чем заинтересовать ребенка, если его ничего не интересует?

Папа: Моего ребенка невозможно чем-то удивить, восхитить. Мне кажется, у него пониженная эмоциональность. Как его чем-нибудь заинтересовать?

Ю. Б.: Вообще кратковременные положительные эмоции возникают от случайного впечатления, более стойкие — больше от взаимодействия с человеком.

Вы можете сказать: «Ах!», — глядя на какую-нибудь радугу или рассвет. Но по-настоящему вы волнуетесь и переживаете, например, перед выступлением, или когда вам делают комплименты, или у вас завязываются близкие отношения и вы волнуетесь от всего, что с ними связано.

Родители думают, что средства, которыми они могут увлечь ребенка, лежат на поверхности. Нет, они лежат внутри ребенка: надо понять, что ему интересно, чего ему не хватает?

Я подозреваю, что скука, падение интереса «ко всему», «пониженная эмоциональность», как вы говорите, возникают у подростков от того, что на них спускают, что они должны знать и чем интересоваться. Но каждому ребенку дорог свой интерес — не важно, к чему: к майскому жуку, футболу или девочке-однокласснице.

Увлеченность ребенка — дело тонкое и нуждающееся в поддержке. Он как маленькое пламя в горстке сухих веточек, которое вы поддерживаете и раздуваете, подкладывая хворост и ветки покрупнее, пока не разгорится костер.

Так и с интересом ребенка: ваше эмоциональное участие и доступ свободного воздуха необходимы. А любые попытки надавить или убедить равносильны сырым дровам, которые гасят это пламя.

Папа: Получается, что интересы школы и родителей не совпадают?

Ю. Б.: Школа как организация не заинтересована в развитии творческого мышления и самостоятельности ребенка. Она построена на спущенных сверху заданиях, программах, методиках. И требует беспрекословного их выполнения. Если заострить, то школа — это лаборатория по изготовлению пассивных, послушных людей: школьник по определению подневолен. Он исполнитель. Для творчества у него не остается времени, мысли. А волевая личность рождается, только когда ребенок растет в атмосфере свободы, инициативы, любопытства, поиска.

Папа: Но принято думать, что волевой человек как раз может себя заставить делать то, чего не хочет…

Ю. Б.: Воля — это понятие, которое стоит применять не к отдельным действиям, а к жизни личности в целом.

Воля — это свободная энергия, а волевая личность — человек, у кого есть эта энергия и который живет и действует увлеченно. Физиолог Павлов зарплату получать забывал, обедать забывал, так его увлекали его исследования — да и не он один! Давайте воспитывать у ребенка такую волю, чтобы он хотел делать то, что делает, и жил с интересом!

А когда его заставляют, запугивают, в ребенка вселяют неуверенность и чувство неполноценности. У него пропадает энергия, желание что-либо делать. Поэтому родителям часто приходится делать выбор: встать либо на сторону школы, либо на сторону ребенка.

Вдохновлять — вот задача взрослого. Если школа этого не делает, значит, должны делать родители. Освободить ребенка от принудиловки, в какой-то момент сказать ему: «Ты не должен».

Папа: У некоторых родителей есть страх: если их ребенок в чем-то не преуспел, то их самих оценят как «плохого отца», «плохую мать».

Ю. Б.: Я сейчас пытаюсь представить себе, как получаются такие родители. Это значит, что им самим никогда не давали жить, следуя спонтанным интересам и желаниям, их постоянно оценивали. У них не было своего мнения, они не чувствовали, что имеют право распрямиться во весь рост и сказать свое слово. Я бы с такой мамой поговорила о том, что она сама думает о себе и своем ребенке. О том, как она его любит и чем ему помогает. И посоветовала бы никого не слушать!

Что надо делать для подготовки ребенка к школе?

Мама: Моя дочь в этом году идет в школу. Она ходила на подготовку, но что я могу сделать как родитель, чтобы в школе ей было интересно?

Ю. Б.: Выражение «подготовка к школе» появилось не так давно. Когда я была ребенком, то просто пошла в школу, и там меня учили всему, что полагается. Сейчас школа, учителя, родители буквально сошли с ума! Я согласна, что ребенок должен быть развит, но не надо форсировать его развитие.

Почему надо заставлять читать дошкольника? Ребенок сам охотно это делает, когда созреет. В пяти-шестилетнем возрасте детям страшно интересны буквы, они с удовольствием их складывают. Родители могут объяснить, как образуются слоги. Но не надо принуждать читать!

То же с обучением математике. Родителям я рекомендую книгу «Малыши и математика» Александра Звонкина. Когда он начал заниматься с дошкольниками, один из малышей сказал: «Я уже знаю, что такое математика: два и два будет четыре». «Дети наивно думали, — пишет автор, — что математика — это операции с числами. Но ничего подобного, это далеко не все!»

Звонкин учил малышей выделять признаки понятий, находить группировки и пересечения множеств и т.п., например, в классе 10 мальчиков, из них пять — брюнеты, пять — блондины; а еще есть девочки-блондинки. Как их можно объединить в группы? Или спрашивал: кого больше на свете — дедушек, сыновей или пап? Это вопрос, который заставляет ребенка думать (полагаю, родителей тоже).

Еще Звонкин никогда не отвечал на вопросы сам. Он предлагал ребятам подумать, и они думали столько, сколько было нужно. Его собственному сыну понадобилось полтора года, чтобы решить задачку, заданную на домашнем кружке: «Есть четырехугольники, квадраты и прямоугольники. Чего больше: квадратов, прямоугольников или четырехугольников?».

Сначала дети ответили: квадратов. «Почему?» — «Комнаты квадратные, трубы на крышах…» Здесь проявилась особенность мышления маленьких детей. Они мыслят через восприятие действительности. Через полтора года сын Александра сказал: «Папа, я тогда неправильно ответил. Больше четырехугольников, потому что квадрат — тоже четырехугольник».

Ребенок сам прошел путь познания и размышления, и это очень важно. А могло бы быть совсем по-другому: «Нет, ты что, дурак?! Что ты говоришь, подумай, ведь…» И дальше — монолог взрослого с готовым ответом: «…ведь квадрат тоже четырехугольник!»

Что происходит с ребенком? Он весь съеживается: он глупый, недотепа. Мало того, что он плохо соображает, да еще рассердил папу. А папа может добавить: «Будешь так отвечать при приеме в школу, тебя туда не возьмут!». Вот где нужно проявлять деликатность, спокойствие, давать ребенку развиваться в своем темпе.

Реклама

Мама: Тогда как правильно развивать ребенка, чтобы он был хорошим учеником?

Ю. Б.: Надо жить с ребенком, увлекаться вместе с ним, рассматривать, узнавать интересные вещи. Но не заставлять! Иначе вы будете убивать у ребенка интерес. Есть замечательное слово — спонтанная (то есть самопроизвольная) активность. У разных детей она разная. Кто-то с букашками возится, кто-то с листиками и цветочками. Вы можете использовать этих букашек, эти листики или железки — все, что угодно, чтобы подхватить этот интерес и обогатить его.

Каждый раз, когда вы с ребенком открываете страничку книги с интересным предметом: машинкой, букашкой или динозавром, — вы открываете это по-новому. Маленький читатель уже получил часть информации, он уже продвинулся на шаг вперед, и вы можете задавать ему все новые вопросы, проявлять собственный интерес, находить еще какие-нибудь картинки, фильмы или рассказы на эту тему.

Мама: А могут ли помешать активному творческому развитию ребенка четкое расписание и программа школьных занятий?

Ю. Б.: Вот что записывает в своем дневнике А. Звонкин: «Первый год учебы в школе. Детям уже не 4–5, а 6–7 лет. Они заметно поглупели(!)». Однажды, когда он задал решить простую задачку сыну-первокласснику, тот произнес фразу: «Мы этого еще не проходили». Это была какая-то мелочь, которую не надо было «проходить», а требовалось чуть-чуть подумать. В дошкольном домашнем кружке дети в свободном режиме мышления решали задачи, которые разбираются в 9-м классе! А тут — «Мы это еще не проходили»!

Это яркий пример того, как школа накладывает жесткие рамки на мышление ученика, и он тупо заучивает то, что «проходят» на уроках. Поэтому и стандартная подготовка к школе убивает всякий спонтанный интерес к знаниям.

Чтобы этого не происходило, очень важно эмоциональное участие учителя в процессе учебы ребенка. Эмоциональное — не в смысле раздражения или гнева на учеников, а в смысле понимания детей, их особенностей и трудностей. Ищите такого учителя – ребенок может многому научиться в школе, если его интерес к учебе сохраняется и поддерживается.

Источник: 7ya.ru

Смотрите также

Что проходят по литературе в 10 и 11 гуманитарных классах

Содержание: Школьная программа по литературе, список для 10 класса Русская литература для внеклассного чтения, 10 …

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *